Вверх страницы

Вниз страницы
Старый Нью-Йорк уже готов открыть свои двери перед тобой, дорогой гость.
Готов ли ты окунуться в переплетение его улиц? Познать все тайны, творящиеся в нём под покровом ночи? Наполнить свои лёгкие терпким табачным дымом, азартом и страстью? Для этого тебе достаточно сделать один-единственный шаг и вскоре ты увидишь, что Нью-Йорк совсем не таков, каким кажется сперва. Кем будешь ты - жертвой или хищником?
Данный форум основывается на творчестве Хуана Диаса Каналеса и Хуанхо Гуарнидо о похождениях Джона Блэксада, главного героя серии комиксов "Blacksad".
__________________________________________________________________________________________________
Действие комиксов происходит в США конца 1950-х, населённой антропоморфными животными, причём вид животного отражает определённые черты характера и профессию персонажа. Напоследок хотелось бы добавить что без стараний Fialinija этот форум не был бы и вполовину так хорош.
__________________________________________________________________________________________________
Рейтинг игры - NC21.
http://images.vfl.ru/ii/1478798029/d3c5dcf6/14887703.png

Blacksad: Жертва или Хищник

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Blacksad: Жертва или Хищник » Принятые анкеты » Джереми Стэйнбек


Джереми Стэйнбек

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Имя.
Полное имя: Джереми Клапка Стэйнбек.
Допустимые сокращения|прозвища: Среднее имя уже никто не помнит, включая его самого. Для друзей он просто Джерри

Видовая принадлежность:
Гепард

Пол:
Мужской

Возраст:
Рождён 11 июня 1919 года

Род деятельности:
Школьный учитель физики

Внешность:

> Рост:
178 см.
> Вес:
Около 70 кг.
> Цвет шерсти|кожи|чешуи|оперения:
Пятна спускаются до груди, где шерсть густая, далее цвет песочный.
> Цвет глаз:
Жёлто-коричневый.
> Телосложение:
Стройное.
> Отличительные черты:
Неприметны.
> Аксессуары:
Часы.

Картинка

http://sg.uploads.ru/WHrfc.jpg

Лос Аламос, много лет назад

http://s9.uploads.ru/ZAJ3T.png

Типичный белый воротничок на улицах города. Высокое пальто, потёртый пиджак, плохо выглаженная сорочка. От него пахнет дешёвой туалетной водой, а туфли всегда начищены. Часы на его руке сидят там с армейских времён. С ним всегда его портфель, кожаный, вытертый, с кодовым замком. Руки Джереми находят покой в карманах или обхватив в задумчивости лицо, в остальное время они перебегают с места на место, перестукивают по столу или играют с карандашом в руке, временами затихая. Глаза печальны и задумчивы, улыбка едва касается их. Они часто бегают, теряясь в мыслях и шуме города. Голос тихий и спокойный, он редко кричит, зато временами бормочет что-то себе под нос.
Зайдите к нему домой. Он словно нежилой. Одинокий торшер освещает рабочий стол. Там - бумаги. Рабочий беспорядок, аккуратный хаос. Стопки и стопки, даже на полу. Рядом кресло, декоративный столик, на нём початая бутылка виски, рядом "шот гласс", графин с водой и упаковки таблеток. На столике и стакане тонкий слой пыли. Всё вокруг, включая жёсткую скрипучую кровать, погружено в темноту, занавески на единственном окне плотно задёрнуты. Так живёт Джерри. Таков он есть.

Характер:
Параноик, шизофреник, великолепный учёный, склонный к меланхолии. Его жизнь пошла не тем путём, на котором он мог бы обрести истинное счастье. Он любит науку, он живёт задачами и расчётами, с ними его душа поёт, а время проходит незаметно. Но последствия его увлечения его пугают. Серия жизненных ошибок и контузия превратили весёлого, активного парня в замкнутого, пессимистичного человека с приступами депрессии, озираниями в тёмных переулках и плохим сном. Он любит людей, не против общаться, но с трудом может поддержать обычный диалог, а первым никогда не подойдёт. Вечеринки утомляют его. Он может провести недели, уткнувшись в статьи в зале Бруклинской публичной библиотеки, но ему всё равно нужен свежий воздух. Любит природу, но редко выбирается из города. Из музыки любит Луи Армстронга, Дюка Эллингтона, а из более свежего Пегги Ли. Из напитков предпочитает виски и джин-тоник. Из книг - научно-публицистическую литературу разнообразных направлений. Политику не любит.
После того, как Джерри перебрался в Нью-Йорк ему стало легче. В Лос Аламосе, казалось, сами стены давили на него.  Во многом здесь ему помогла Лейла. Она редко появляется, но всегда вовремя. Когда нужно принять тяжёлое решение, её тонкая фигурка всегда оказывается рядом. Но когда проблема решена, она снова пропадает и это нормальный ход вещей. Джереми никогда не задумывался о природе их отношений.
У Джерри есть тайна. Он кое-что изобрёл, кое-что страшное. Листки, исписанные зашифрованными формулами, хранятся в его портфеле. Поэтому не удивляйтесь, если Джерри вас испугается. Ведь он знает, что за ним все охотятся. Следят. Его тайны нужны всем. Правительство, Моссад, коммунисты - как только его тайна станет им известна, они доберутся до Джерри. Его паранойя даже отчасти мила, но доставляет ему много проблем. Может быть в Нью-Йорке Джереми и вправду станет лучше. А может быть, это затишье перед очередным рецедивом. Время покажет.

Биография:
- Ты меня совсем не слушаешь! - ребёнок тянет рукав её тонкой батистовой блузки, на его лице застыло выражение обиды, глаза блестят. Бутылка контрафактного виски, купленного на чёрном рынке, валяется на полу, безумные деньги за мерзкое пойло, которое теперь пачкает ковёр грязной лужей. Глаза Хелен прикрыты, яркий свет заливает её утончённое, но не по годам постаревшее лицо. Свободной рукой она выводит пассы в воздухе, словно дирижируя, ей не до сына. Скоро полдень, муж вернётся с биржи труда и вновь начнётся брань. Это тупица всё никак не может взять в толк, она не уедет из этого дома. В разбитое окно доносится гул с улицы. Вчера опять приходили эти. Кожаные куртки, биты в руках. Забрали полотно Мунка, оригинал, долго угрожали, довели маленького Джерри до слёз. Они знают, что у Роберта нет денег. Это долгий спектакль с очевидным концом и Хелен от него очень устала. Она не уедет из этого дома и точка. Здесь жила её мать, её бабушка и её прабабушка. Сюда она пустила этого пройдоху с Гайд-Парка, торговца бумажками. Какой она была дурой тогда! Поверила красивым сказкам о дольче вита, больших деньгах и большой любви. Трижды права была мать, плюнувшая Робу под ноги на свадьбе.
Еще долго Хелен верила своему мужу. Лишь Чёрный Четверг показал его истинное лицо. Роберт умудрился за три дня спустить три четверти акций, уволиться, пойти работать в банк, уволиться, пойти работать в другой банк, снова уволиться, разочароваться в жизни и почти что поселиться на бирже труда, живя за счёт продажи за гроши ценностей своей ненаглядной жёнушки, а также редких подработок разнорабочим. Хелен не помнила, кто именно из них двоих заложил дом, кажется это всё же была она. Вроде бы это было казино. Или скачки. Последние годы прошли будто во сне, неудивительно, учитывая разыгравшуюся в ней страсть к алкоголю и Люминалу. Страсть очень дорогую во времена Сухого закона, но абсолютно ей необходимую. Сейчас, виски с утра помогли ей определиться с жизненным путём и тем, как он завершится. За зеркалом в ванной её давно ждёт пачка эмфитала и фляжка с коньяком. Вот только детские ручонки, трясущие рукав сорочки не дают окончательно погрузиться в сладостные мысли о суициде. Ничего, в воскресенье Роб поведёт сына в церковь, на службу. Тогда она и воплотит мечты в жизнь. Хелен гордо вскинула голову, но пьяный жест вышел неряшливым. Эти мужланы с битами не смогут выселить последнюю из Квебеков из этого дома. Она уйдёт вместе с ним.

--//--

- Молодой человек, вы меня совсем не слушаете! - строгий, чуть дребезжащий голос вывел Джереми из ступора, в который завели его мысли, никак не связанные с физикой. Скоро день рождения Люси, его девушки, а у него, как назло, закончились последние деньги. В баре на 74-й ему обещали пятнадцать долларов, если он поможет свести книги, чтобы отмазаться от налоговой, но придётся пропустить почти три дня занятий, раньше управиться никак не получится. Джереми взглянул на преподавателя. Мистер Бэк сурово водил пятачком, пронзая нерадивого студента взглядом. Профессор уважал Джерри за настойчивость и мозги, поступить в Чикагский Университет без протекции было чертовски непросто, но бедственное денежное положение заставляло молодого парня постоянно искать подработку и пропускать занятия. Отец студента работал на стекольном заводе по две смены, матери не было и надзирать за Джерри было некому. Преподаватель еще раз бросил взгляд на аккуратно выведенные строчки расчетов. Джерри отсутствовал на лекции и, похоже, пропустил материал, но сам, черт побери, вывел доказательство и определил баланс энергии в уравнении. Это одновременно раздражало и вызывало уважение. Мистер Бек снял тяжёлые очки в роговой оправе и, протирая их, повторил сказанное ранее:
- Джереми, вы умный молодой человек, но вы губите свою потенциальную научную карьеру. Вам стоит сосредоточиться на обучении, а не бегать за юбками и лишним пенни. Кем вы станете, если не вернётесь на путь истинный?
- Вторым Эйнштейном? - прозвучал весёлый, молодой голос.
Профессор раздраженно хрюкнул.
- За сравнение с великими поставлю вам на балл ниже оценку. Не зазнавайтесь, молодой человек, вам до Эйнштейна, как коммунистам до их счастья.
Джерри слушал бурчание старика вполуха. Экзамен сдан, решение принято, а, значит, Люси получит прекрасный букет на свой день рождения. Жизнь легка и проста, когда тебе девятнадцать.

--//--

.., .., .. .... .......? - Джерри никак не мог разобрать, что лепечет медбрат. Разве можно что-то услышать, когда вокруг стоит такой звон?! Рядовой тряхнул головой, отчего каска слезла на лоб, но шум только усилился, а зрение помутилось, он чуть не упал обратно в болотистую, распаханную взрывом грязь.  Надо идти - прошла в голове простая мысль, руки щупали землю вокруг в поисках винтовки. В глазах стоял страх.
Он совсем не так представлял себе войну, пока боролся с морской болезнью на борту "Либерти" по пути сюда, на эти проклятые острова. Молодой боец 41 дивизии США был готов показать на что он годен. Позади, на далёком берегу остались запись добровольцем на фронт, восхищённые глаза Люси, изматывающие тренировки и споры о том, как быстро немцы сомнут Советы. На нём была выглаженная, чистенькая форма, в кармане лежала фотография, где Люси обнимала его на звёздно-полосатом фоне, а впереди его ждали далёкие берега, где он всем докажет, из какого теста слеплен.
Гвинея встретила его жарой, духотой, скалистыми отрогами, повсеместными вспышками лихорадки и изматывающей ежедневной рутиной. Они ждали и работали, бегали и ждали, мучились от дизентерии и ждали. Но когда послышались моторы японских бомбардировщиков, они всё равно оказались не готовы.
Командование утверждало, что япошки захлебнутся кровью под Кокоду, но те всё перли вперёд, как полоумные. Проклятые узкоглазые налетели из ниоткуда. Джерри выскочил из палатки, где черкал очередное письмо своей любимой. Жуткий звук пикирующего самолёта заставил его присесть, а сердце заколотиться как бешеное. Взрыв смешал оборванные полотнища, кровь и грязь в жуткий фонтан, взметнувшийся, казалось, перед самым носом. Вокруг носились люди, кто-то что-то кричал, строчили зенитки. Это был хаос. Джерри вскочил и бросился вперёд, там, где мгновения назад упал смертоносный груз. Бомба два раза в одну и ту же воронку не падает - билась в голове мысль, когда он упал, мечтая зарыться в липкую, прохладную жижу поглубже, сжимаясь от рёва самолётов. Ему еще никогда не было так страшно. Следующий взрыв прогремел будто бы на расстоянии руки, перевернул сознание и отправил его в благословленную тьму.
. ......, .. .... .......? - проорал медбрат ему прямо в ухо. Джереми со страхом посмотрел на него. Он уже не очень понимал, что происходит вокруг, но он чувствовал, что его служба в составе 41 дивизии так или иначе подходит к концу. Ему хватило получаса войны.

--//--

- Джерри, ты меня слушаешь? - раздался рядом весёлый голос, прерываемый звоном бокалов. Чёрт подери, я ведь до последнего не верил, что "Штучка" всё же бахнет! Ха-ха-ха! Не кисни, друг, выпей, теперь мы остановим эту чёртову войну. Всё чёртовы войны в мире! За мир! До дна!
Их отдел веселился, даже те, кто были в военных чинах, позволили себя расслабиться в атмосфере вечеринки. Испытание первой в мире плутониевой бомбы имплозивного типа завершилось удачно. Джереми сидел в углу, отрешённо вертя в руках бокал шампанского. В его глазах отражался свет ламп.
Позади было очень много. Люси не ожидала, что он вернётся домой так рано. Люси вообще его не ожидала. У неё было своё видение их отношений и спустя неделю после того, как его корабль отчалил, она уже нашла себе нового ухажёра. Сейчас, спустя несколько лет, Джереми был ей благодарен, что она не написала об этом, пока он служил на фронте. Удар был бы слишком силён. Он и так едва пережил это.
Была долгая реабилитация после контузии и пустота в глазах. Пустоту стоило чем-то запомнить. Помогла наука. Доктора просили не нагружать мозги, но Джерри плевал на их просьбы. Его койка была вечно завалена бумагой, фотокопиями статей и огрызками карандашей. Вскоре нашлись серьёзные люди, которые помогли ему в его стремлениях и направили их в конкретную сторону. Когда Джерри добавил два знака после запятой к расчётной критической массе 90%-ного урана, не вставая с койки, его позвали в кабинет, долго с ним беседовали, дали кучу бумаг на подпись, потом сказали паковать вещички и переправили его в Лос-Аламос. Джерри примерно понимал, что от него хотят, но ему было в принципе плевать на всё. Через полгода он уже официально работал на правительство Соединённых Штатов.
Он жил на работе, спал на ней и ел. Ему не был интересен мир за окном. Весёлый, находчивый парень погиб под взрывами за тысячи километров от дома. Вместо него пришёл немного дёрганый мужчина в вечно мятой сорочке, бубнящий себе под нос формулы. Лишь спустя почти год работы он запомнил имена и фамилии своих коллег. Нейтронное излучение, защита от нейтронного излучения, активация. Джереми был винтиком в огромной и очень дорогостоящей машине, все усилия которой были направлены на одно. И усилия увенчались успехом 16 июля. Он был там. Он видел всё своими глазами. Сила, необъятная для человеческого понимания. Сила, которая способна поглотить всё. Кусочек металла, умещающийся в руке, выпустил море огня. Когда произошёл взрыв Джереми не отрываясь смотрел сквозь защитное затемнённое стекло на светящиеся облака. Они пылали, отражая свет нового солнца. Этот свет попадал ему прямо в душу.
Сейчас, когда он сидел на праздничной вечеринке, этот свет струился из его глаз. Джереми не знал, как относиться к тому, что он увидел. Как это изменит его в дальнейшем. Он точно знал одно. Это ещё не конец войны.

--//--

- Ты слышишь меня, Джерри? Так больше продолжаться не может. Завтра же ты идёшь к Дуллитлу и подаёшь на увольнение, хорошо?
- А как же ты?
- О, котёнок - Лейла с жалостью посмотрела на него. Я не брошу тебя. Я всегда буду рядом.
Джереми ещё долго сидел после этого в темноте лаборатории.
В последние годы всё становилось только хуже. Как он и предполагал, атомная дубина не решила всех вопросов. Когда сообщили о количестве погибших в Хиросиме и Нагасаки, он слёг с тяжелейшей мигренью. Ему было плохо. Нескоро он смог вернуться в строй, а врачи хмурили брови и ставили пометки в его карте.
Советы гнались за тайной ядерного оружия, здесь же все подозревали всех в шпионаже. По кабинетам зачастили суровые люди в штатском. Джереми продолжал заниматься наукой, но весь интерес к ней пропал. он всё глубже уходил в себя, его снедали приступы депрессии. Мозгоправам он ссылался на последствия военной травмы, старался не подавать виду. За полгода до того, как русские успешно сбросили свой заряд, он купил себе Кольт Детектив Спешл, компактный револьвер. К нему он взял один патрон.
Всё это время Джереми ощущал, что находится на пороге открытия. Прорыва. Но ему очень не хотелось этот прорыв делать. Коллеги не понимали направлений его интересов. Направленная радиация, нейтронные пучки, ультра-холодные нейтроны, неравновесные процессы в плазме. Когда весь мир обсуждал мирный атом и потенциал водорода, Джереми копал в совершенно иную сторону. Но ему не мешали. Он знал, что все его работы, все черновики, даже записи на салфетках в столовой внимательно просматриваются. Он был под колпаком и ничего не мог с этим сделать. За ним повсюду следили, каждое его действие записывалось в гигантскую папку с его именем на ней. Примерно в это же время от чахотки умер отец. Джереми не смог придти на его похороны.
Он придумал свой собственный шифр и принялся делать записи на нём. До шапочки из фольги не опустился, но оклеил стены кабинета проволокой, имитируя клетку Фарадея. Блокнот с записями всегда носил при себе и постоянно проверял, на месте ли тот. Сон его стал неспокойным, заснуть без препаратов уже не получалось.
Лейла появилась в его жизни как-то невзначай. Серая мышка-лаборантка крутилась, мелькала тут и там, пока не была приставлена к нему помощницей. Поначалу Джереми счёл её шпионкой ЦРУ, потом решил, что она работает на британцев. Тихая, незаметная, она как-то всегда была рядом в трудную минуту. Чуть-чуть помогала в научной работе, мало говорила, редко и скромно улыбалась. Джереми помнил, как осенним вечером сидел в темноте своей гостиной, крутя в руках револьвер. Ему вновь не спалось. Тёмная сталь оружия приятно ложилась в руки, напоминая о бренности сущего. Лейла тогда просто села рядом, на краешке слишком большого для неё кресла. Наверное, он не закрыл входную дверь или еще что-то, вот она и проскользнула внутрь. Она ничего не говорила, ничего не делала. Через пять минут Джереми положил револьвер обратно в стол, лёг, одетый, на кровать и заснул, как младенец.
Потихоньку всё приходило в норму. Охота на шпионов поутихла, после того, как установился паритет по оружию с коммунистами, Джереми стал общительней, даже врачи перестали говорить о патологии. Ему всё ещё было не по себе в Лос Аламосе, но он перестал ощущать, что падает в бездонную яму с обрыва. Лейлу куда-то перевели, она стала появляться реже. Джереми только тогда понял, что она ему нужна. Чёрт побери, они даже не целовались. Не ходили на свидания. Будто им обоим этого и не было нужно. И когда он принял решение наконец-то расстаться с научной карьерой и покинуть жутковатые объятия правительства, Лейла была рядом с ним.
- ... Я всегда буду рядом

--//--

- Так, дети, слушайте внимательно. Всё это будет на контрольной - указка застучала по доске.
Школьный учитель. Позор для любого доктора наук. Но Джереми был не против. Гораздо сложней было привыкнуть к общению с детьми. Но, в конце концов, он тут всего на треть ставки. Еще успеет.
Он решил резко сменить жизнь. Новый город. Новая профессия. Новая старая комнатёнка в здании, помнившем ещё Монро. Большой город действовал на нервы. Джереми не верил, что его оставили в покое, что о нём забыли. Он знал, что работы по нейтронному излучателю, оставленные им позади, не выведут его коллег на работоспособный прототип. Потому что основные свои записи он увёз собой. И по ночам, когда вновь нападала бессонница, он доставал листы бумаги, огрызки карандашей и писал, писал, писал. Этот зуд было не унять, хотя его результат грозил новыми тысячами смертей. От прошлого было невозможно убежать.

Навыки и умения:

Боевые и физические навыки.

В драке скорее получит по носу и упадёт в забытьи, чем сделает что-то путное. Умеет обращаться с оружием, спасибо армии. Хотя стрелял из него только по мишеням.

Бытовые навыки.

Знания в разных областях науки и техники, случайные и обильные обрывки сведений, подчёрпнутые из книг. Умеет водить автомобиль, наигрывать Тарантеллу на фортепиано и пьянеть с двух пальцев виски.

Связь с Вами:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Джереми Стэйнбек (2018-12-02 14:28:28)

+1

2

Мышь приподнял шляпу в знак приветствия.
Доброго времени суток. Я являюсь Вашим проверяющим, и в самое скорое время вынесу вердикт касательно Вашей анкеты. Пожалуйста, ожидайте.

+1

3

Джереми Стэйнбек
Прекрасная анкета. Никаких нареканий к ней у меня не имеется. Добро пожаловать.

Не забудьте поставить ссылку на анкету в подпись.
Код:
http://blacksad.f-rpg.ru/viewtopic.php?id=70#p4905

(P.S. Вы можете оставить своё пожелание о квесте в соответствующей теме. Найти соигроков Вы можете здесь.)

0


Вы здесь » Blacksad: Жертва или Хищник » Принятые анкеты » Джереми Стэйнбек